|
Итальянский исследователь Лучиано Бокконе зафиксировал множество форм, окружающих Землю в невидимых нами инфракрасных, радиолучах и др. Он назвал их "криттерами" — существами некоей полевой формы плазмы. Одни бывают примитивными, другие сложными , напоминая существ греческого мифологического пантеона. Интересно, Евгений Разин считает, что: если рассматривать снимки галактик, туманностей и даже планет и Солнца — можно найти много сходных изображений. Предположим, что древние люди способны были видеть инфракрасные, а может быть и рентгеновские лучи, — тогда они реально могли бы наблюдать, например "битву богов и гигантов". Допустим, что еще и так причудливо могут организовывать совместное пространство метага- лы.
Но не будем унывать, что в мире так много непознанного, которое сложно познать. Лучше направить интуицию по рационалистичному пути, который предлагает Б. Разин. Это использование какого-либо стабильного алгоритма для промежуточных сопоставлений эниопроцессов. Наши эниологи пришли к вывод, что лучше того, что создано природой, не придумаешь. Этот алгоритм можно характеризовать как содержащий реальную физическую информативность во взаимном расположении самых аттракторов, — для математики — абстрактных точек небесной сферы.
Заметим полезность этого гало-аттрактивного алгоритма: какие бы сложные процессы в природе не происходили — во взаимном расположении аттракторов (дальнего Космоса) ничего не меняется. Совместное расположение Солнца, планет тоже стабильно, хотя они более заметно движутся относительно звезд, чем сами звезды относительно друг друга.
Исходя из модели Гелиокосмоса, мы находимся в какой-либо области осциллирующей "частицы", которую мы сравнивали с шаром. Будучи на плоскости вращения Земли, прецессирующей по отношению к Солнцу и Космосу, мы находимся как бы на "танцующем блине". Положение этого "блина" в любой момент строго фиксировано по отношению к Солнцу и звездам. Все это выражается в виде геометрической линии — синусоиды. С ее математической функцией можно сопрягать любое взаимное расположение аттракторов в проекции к наблюдателю. Будем считать эту функцию сингулярностью (т.е. периодической общностью) всех состояний нашей "элементарной" частицы. Это выгодно и с математической, и с физической точки зрения. Вспомним, что американский теоретик Хоукинг нашел математическое описание сингулярности космологических объектов на основе математического описания микрочастицы: поведение и тех и других описывается одной формулой! Вспомним и 9 статью
Дирака "Квантованные сингулярности в электромагнитном поле", находя там описание согласованности частиц во временной и трех пространственных координатах, где основной принцип гласит: изменение фазы одной волновой функции должно быть одинаковым для всех волновых функций.
Точно также по отношению к одной пространственной функции Гелиокосмоса — синусоиде, должны быть адекватны все остальные пространственно-временные функции.
Пусть нас не смущает столь тесное сравнение с принципом математического описания Дирака аналогичного описания Гелиокосмоса: ведь мы находили электромагнитные поля как дополнительные проявления во времени и пространстве гравитационных полей, рассматривая концепцию Калуцы — Клейна.
А теперь попробуем усмотреть и эниоло- гический, в частности, физический смысл подобного алгоритма интегрирования: любая частица наблюдаемого вещества осциллирует; поскольку она есть преформированный метагал, то фазы ее колебания должны сопрягаться с фазами (здесь, подразумевая общий принцип построения гало- гелиокосмической) Вселенной.
Годичный период обращения Земли вокруг Солнца должен создавать в пространстве "медленную" волну, соответственно кратную массам тел и временному периоду цикла. Эта волна должна "покоиться" на поверхности еще более медленной волны, соответственно массам и периоду взаимодействия Солнца и ядра Млечного пути. И так далее — от галактики к их скоплению, от скопления к суперскоплению. Поскольку рассматриваются интерферирующие волны, необходимо предусмотреть их бесконечное дробление и возвращение в "обратном порядке" — вспомним смоделированное в "калейдоскопе" пространство метагала. А если дело обстоит так, то мы можем использовать карту неба как развертку, рассматриваемую в различных временных циклах. "Вверх" по шкале времени — расположатся годичный и более долговременные циклы. А "вниз"— сезонный, месячный, суточный, часовой, минутный, секундный, наносекундный и т.д. Если характер взаимного расположения аттракторов — основа промежуточного алгоритма для эниологических сопоставлений в рамках наблюдения, например, за физическими процессами, то с учетом разбивок во времени получаются различные временные версии одного базового алгоритма, по которому составляется модель поиска функциональных пространственных связей метагалов в модели Гелиокосмоса. Таким образом мы превращаем обыкновенную космическую карту в многомерную, мысленно можем охарактеризовать ее как "голографическую".
В этом смысле можно предполагать построение фазового пространства всех возможных состояний Гелиокосми- ческой системы. Импульсные излучения звезд, колебательные гармоники солнечной массы, — в этой концепции можно найти происходящие от них аналогичные процессы в структуре поведения любого рассматриваемого вещества и состоящих из него агрегатов Можно найти способ графико-геометрического сопоставления одной и той же небесной сферы (представленной на карте) с самой собой, но в различных масштабно амплитудных координатах. "Сворачивая" таким образом развертку небесной сферы из "большей в меньшую", мы получаем как бы аналог наращивания краев ленты Мебиуса — обладающей топологически односторонней поверхностью. В многомерную она превращается за счет пересечений самое себя — из нее вырастает некий пористый шар. Первоначальный момент (попробуем это представить как общетопологический импульс сил) привел одновременно к ее организации и "внутрь" и "вовне". Пустоты между порами будут как бы в примере со Вселенной — еще незаполненными веществом "дополнительными измерениями" или вакуумом виртуальных частиц. А соединения пор можно обозначить моделью особых "струн". Математическая, абстрактная пусть даже, модель струн может быть весьма полезна в эниологической практике. Например, сотрудники лаборатории нелинейных задач вычислительной физики Научного совета "Кибернетика" РАН А. Мигдал и М. Агиштейн (те методы, которые описывают гипотетические поверхности, возникающие при движении струн в 26- мерном пространстве-времени на масштабах 10-30 сантиметра) использовали при описании геологических поверхностей в трехмерном пространстве на масштабах до 10 и более километров (!). И оказалось, что по нескольким известным геодезическим высотам, они достоверно восстанавливают рельеф как земной поверхности, так и иного другого космического тела. Иначе, как тем, что в прикладном значении проявил себя космологический принцип, это не назовешь.
Эниология занимается не только описанием конкретных форм, но по существу отысканием межсущностных качественно-количественных связей на стыках различных методов и наук. По методу, предлагаемому Е. Разиным, можно осуществлять эту стыковку. Впервые на саму мысль об этом его натолкнул народный ученый Н. Ко- ровяков, сопоставивший данные различных лабораторий. Получилась таблица, констатирующая тот факт, что несопоставимые в рамках отдельных дисциплин волновые, физико- химические, биологические и другие явления коррелируют в едином графике сезонного и суточного вращения Земли и положения ее относительно Солнца. Суточное и годовое изменение распространения радиоволн, мутационные скачки генов мушки — дрозофилы, относительное газовыделение из воды в открытой системе при воздействии гамма-излучения в зависимости от времени года и другие процессы — все коррелирует с основной синусоидой, характеризующей как относительное положение планеты и Солнца, так и интенсивность их гравитационного взаимодействия.
Но в мире есть еще множество неоткрытых взаимосвязей между эниологическими явлениями. А нельзя ли их прогнозировать? Е. Разин решил применить к аттрактивному и "мысленно многомерному" алгоритму метод эм- пирико-статистического моделирования, так называемого бутстрепа — кстати само слово в английском языке означает самосогласованность хаоса. Метод этот заключается в вероятностном распределении предполагаемых характеристик процессов, происходящих в какой-либо выбранной модели. Одна вероятность затем поверяет другую и так далее, в результате чего можно получить довольно верную зависимость или картину процесса. О методе рассказывать сложно и скучно, но вот к каким задачам его можно применить — безусловно интересно. Это, например, какие звезды оказывают фазовое влияние на молекулярные процессы в живом организме. Как можно дополнить, например, медицинскую астрологию до полностью оправданного фундаментального подхода современной науки. Но об этом более подробно будет рассказано в дальнейшем.
|
