Гребенниковым были поставлены и "объективные" опыты. Вблизи гнездовий и имитирующих их искусственных ячеисто-слоистых устройств заметно угнеталась жизнедеятельность дрожжевых клеток: в пробирках подъем дрожжевого теста был ниже контрольного на 26%.

Время всплытия дрожжевых шариков (по методике ГОСТ 171-63 на дрожжи хлебопекарные) в пяти сериях опытов (по девять стаканов в каждом) в двух наиболее "активных" позициях оказывалось на 10-12% больше контроля. Заметно угнетается в этой биофизической активной зоне и рост некоторых сапрофитных почвенных бактерий (до 33%) и грибков из рода Rhizoctonia (на 14%), культивируемых в чашках Петри на агаре. Если опять таки замедление времени всплытия дрожжевых шариков и угнетение роста бактерий и грибков интерпретировать как замедление течения внутреннего времени (замедление хода "внутренних" биологических часов), то и здесь мы будем иметь иллюстрацию возможности индивидуального течения времени.

На основании этих двух экспериментов можно сделать вывод, что в природе существует особый агент, называемый биополем (термин можно рассматривать как отражающий либо происхождение этого агента, либо характер его воздействия на биосистемы), способный оказывать воздействие на течение собственного времени биообъектов. Более подробно о биополе излагается в следующем параграфе книги.

Далее, поскольку каждый биообъект обладает собственной аурой, то естественно предположить, что именно она и осуществляет основные регуляторные функции в формировании режима течения собственного времени эниообъекта. А поскольку формирование объекта как определенной структуры происходит в соответствии с ритмом его жизненных циклов, то естественно предположить, что биополе объекта более первично, чем та структура, которую обычно считают единственным представителем объекта. В самом же объекте можно вычленить две структуры — эниополевую и грубоматери- альную, причем первую следует считать более глубинной структурой материи, вокруг которой, как вокруг каркаса, формируется грубоматериальная структура объекта в соответствии с его жизненными циклами. Именно с этой более глубинной биополевой структурой, в частности, и оперирует развивающаяся с 30-х годов новая отрасль медицины — радионика, рассматривающая грубоматериальную структуру как внешнюю оболочку эниополевой структуры [381]. Еще в те годы была создана специальная аппаратура, с помощью которой на фотопленке получают изображения этих глубинных структур объектов [381].

В указанных выше полях меняется не только ход внутренних часов эниообъектов — даже электронные кварцевые и механические часы меняют свой ход. А.И. Вейником было сконструировано устройство, названное им хро- нальным ежом, создающее поле, подобное полям В. Гребенникова, в котором меняется ход электронных кварцевых и механических часов как с опережением, так и с отставанием от эталонных часов [378]. Это воздействие на ход часов дало А. Вейнику основание назвать само поле хрональным полем.

Классические электромагнитные компоненты, электрическое и магнитное поля полевого объекта конформной электродинамики генерируются преимущественно устройствами техногенного происхождения, например, генераторы, радиолокаторы, связные радиостанции и т.д., а биополевые компоненты генерируются преимущественно биологическими и растительными объектами, например, человек и деревья, или объектами органического происхождения, например, месторождения. Бывают, конечно же, случаи генерации как электромагнитных, так и биополевых компонент. Последний случай, например, ярко выражен у рыбки нильский слоник, электромагнитное излучение которого, возможно, является следствием трансформации биополевых компонент 15-ти компонентного полевого объекта в электромагнитные. Способность биологических объектов генерировать мощные биополевые компоненты без сколько- нибудь значительного выражения электромагнитных компонент дает начало целому ряду парадоксальных, на первый взгляд, эниологических явлений, например, левитация, телекинез и т.д., изучаемых интенсивно развивающимся в последнее время новым научным направлением — психотроникой или более обобщенно — эниотроникой.

Рассмотрим, например, явления левитации и телекинеза, заключающиеся в способности некоторых людей заставлять небольшие предметы "парить" в пространстве либо передвигаться по поверхности стола усилием своего сознания без непосредственного контакта с предметами.

Допустим, что в экспериментах по левитации и телекинезу экспериментатор генерирует биополевые компоненты 15-ти компонентного полевого объекта. Тогда экспериментальное тело будет находиться в поле двух сил — эниополе- вой и гравитационной в эксперименте по левитации и эниополевой и полем трения в эксперименте по телекинезу. Понятно, что дополнительная эниополевая сила в состоянии оказать существенное дополнительное воздействие на экспериментальное тело, заставляя его парить в воздухе либо передвигаться по столу без непосредственного контакта.

И, наконец, видимо самую реальную поддержку в пользу существовании единого, объединяющего электромагнитную и биополевую структуры полевого объекта, мы имеем в мысли А.Л. Чижевского и Такаты о том, что солнечный луч дополнительно к электрической и магнитной компоненте имеет 4-ю или z-ю компоненту, как раз и ответственную непосредственно за биологическое воздействие солнечного луча.

Характерной чертой реальных эниополевьгх структур является способность непосредственной передачи информации. Представляется, что этот информационный аспект биополевых структур может быть закодирован в частотно- вибрационном параметре этих структур, сопряженных с мобильным течением "внутреннего времени" биообъектов.

Сколько различных противоречивых мнений мы слышали и читали о биологическом поле. Пожалуй нет такого понятия как "биополе", вокруг которого не скрестились бы "шпаги" ученых, практиков классических школ-ортодоксов и поклонников девиантной науки — "околонаучных" паразнаний, ошельмованных как "лженаучные". Эта, навязанная элитарными группами монополистов от науки дискуссия ("есть биополе или нет"), оказалась для России бесплодной, ибо она многие десятилетия поглощала и уводила в сторону усилия энтузиастов, ученых и специалистов-практиков от магистральных путей и проблем развития этого опального только в России пласта "неразрешаемых" (неугодных) знаний.

В итоге эта затянувшаяся "говорильня" обошлась нам двадцатилетним отставанием от тридцати цивилизованных стран, которые давно признали научный статус парапсихологии как самостоятельного научного направления и перспективной сферы деятельности.