В ряду критериев, руководствуясь которыми возможно провести черту между научным и ненаучным познанием, называют также принцип полезности, имея в виду тот факт, что достижения науки в той или иной форме имеют в конце концов чисто практическое, прикладное применение.

Может ли претендовать на это хотя бы в малейшей степени Эниология, которая занимается изучением загадочных феноменов?

Лозоискательство древних, использование ими ореховых или ясеневых прутьев для поисков рудных залежей получило подтверждение в многочисленных полевых исследованиях, проведенных в России. По словам исследователя, биофизический метод (лозоходство), кроме поисков патогенных зон или полезных ископаемых, в частности, «может быть весьма эффективен при геологической съемке на площадях, закрытых четвертичным покровом, так как позволяет почти во всех случаях находить контакты разновозрастных и литологически различных пород». Этот метод, наилучшие результаты в котором, как и в других пси-эффектах, показывают сенситивы, целиком может быть отнесен к явлениям, лежащим за порогом того, что принято рассматривать как научное знание.

Из детских сказок каждому известно о существовании на Зем,яе «райских» и «гиблых » мест. Но это не беспочвенная фантазия. Вредные «гиблые» места, называемые геопатогенными зонами (дословно «зоны, в которых болезни порождаются землей»), оказывают неблагоприятное воздействие на людей и животных. Длительное пребывание в этих зонах обусловливает многие человеческие несчастья: катастрофы на дорогах, в море и в воздухе, снижение урожайности растений и продуктивности животных, онкологические заболевания, самоубийства, мозговые заболевания, бронхиальная астма и др. [209].

Латышский ветеринарный врач Я.А. Лагере на основе обследования лозой 35 тыс. коров установил, что в геопатогенных зонах наблюдается 75 /в случаев мастита и 85 /о лейкоза. В этих местах отмечено на 25% больше раковых заболеваний у коров, а их плодовитость в среднем на 15% ниже [209]. Такими же, лежащими вне научного знания, являются утверждения, согласно которым по линиям руки можно якобы судить о чертах личности и, в частности, о предрасположенности человека к тем или иным заболеваниям. Тем не менее, несмотря на то, что наука отказывается не только признавать, но и рассматривать эти зависимости, сегодня этому найдены известные подтверждения и даже практическое применение. По словам заведующего лабораторией генетики Института медицинских наук Е.А. Трепакова, определенный рисунок линий на руке может служить свидетельством той или иной наследственной болезни. По этим линиям уже сейчас можно диагностировать болезнь Дауна, синдром Патауа-Эдвардса, синдром Шершевского—Тернера и ряд других наследственных патологий.

Можно было бы привести и другие примеры практического использования эниоявлений и знаний, которые пока не являются объектами изучения академической науки, но игнорируются и отрицаются ею. Тем самым принцип практического использования тоже оказывается недостаточен, чтобы служить критерием для проведения демаркационной линии между знаниями, имеющими право считаться научными и не имеющими такого права.

Методы Эниологии, в частности, биолокация, обеспечивают нахождение «гиблых» мест. Исследователь фон Поль с помощью рамки эниооператора абсолютно точно указал по карте города места, где жители наиболее подвержены раковым заболеваниям. Муниципальный врач Бернхаубер и бургомистр Брандел сверили данные фон Поля с адресами больных. Оказалось, что исследователь не только правильно указал дома, где зарегистрировано максимальное число раковых заболеваний, но даже местоположение кроватей больных в квартирах.

Казалось бы, главным и, возможно, единственным принципом отнесения знания у наук или исключения из нее должен был бы быть критерий истинности. Если явление действительно существует, а методы его познания лежат в русле адекватного отражения действительности, то изучение данного явления, как и полученные результаты, являются достоянием науки. С тех пор как на Западе изучением пси-феноменов занялись более сотни лабораторий, находящихся при научных центрах и университетах, с использованием современного лабораторного оборудования и приборов, были получены результаты, подтверждающие достоверность ряда этих явлений. Обрела ли область знания, занимающаяся изучением этих явлений, статус научной дисциплины? На сегодняшний день этого пока не произошло. Изучение эниофеноменов еще продолжает оставаться за чертой, незримо отделяющей научное знание, как единственно достоверное, от знания, получаемого «всякого рода непрофессионалами», учеными-энтузиастами. Очевидно, что подобная интерпретация происходящего представляет собой искаженное восприятие действительности не только потому, что достоверность полученных данных не может быть опровергнута, но и потому, что в исследованиях этого рода занято немало высокотитулованных специалистов-экспериментаторов: физиологов, психологов, физиков, медиков, пользующихся известностью и признанием в своей профессиональной среде. Подобная интерпретация — один из примеров научного мифотворчества, продиктованного мотивами защиты. Таким образом, рассмотренные нами различные нормативные и формальные критерии, выдвигаемые в качестве принципов, исходя из которых можно было бы отделить научное познание эниодействительности от околонаучного, на практике не позволяют сделать это сколько-нибудь обоснованно и оправданно. Тем не менее, такое разделение действительно существует. Критерием такого разделения, на наш взгляд, в конечном счете, служит признание или непризнание данной исследовательской деятельности, данной дисциплины научным сообществом.