Представленная выше гипотеза В.Н. Левченко о волновом механизме экстрасенсорных феноменов у человека позволяет провести приблизительную аналогию с системой чувственного восприятия. Для наглядности он берет зрение. Глаза, обеспечивая бинокулярность, находятся в состоянии постоянного движения — динамической зрительной адаптации. Обследуя объект, глаза (бессознательно, рефлекторно) производят синхронное, фазированное сканирование его контуров по узловым признакам. Затем следует передача первично полученного образа в специализированный анализатор коры головного мозга (в общем виде), выделение его признаков и опознавание образа и, наконец, придание ему субъективно значимой формы [55].

Теперь представим себе, что за пределами нашего чувственного восприятия возникает (и, соответственно, появился волновой предвестник) угрожающее природное событие (например, лавина или появление крупного хищника на расстоянии, могущем в дальнейшем привести к ним). Уровень и характеристики потока излучений, проходящего через нас, изменились до уровня возможной субъективно-индивидуальной значимости. В этот момент система аномальных зон — специфические фасеточные клеточные скопления - бессознательно настроилась на данное изменение и произвела генерацию собственного поля, — синхронно и пространственно организовавшись, послав сигнал к возможной «цели». Вновь приняв его специфически измененным, система зон направляет вновь этот ответ (информацию) в средний мозг. Здесь, на уровне центральной нервной системы, бессознательно происходит сравнение с возможным эталоном [56]. В случае совпадения — индуцируется эмоционально-мотивационный эквивалент, «понятный» субъекту, — возможно, в форме «беспричинной» тревоги, внутренней потребности к действию и т. д. Если человек не отбрасывает (в силу доминантности сознания) эти внезапные ощущения, а продолжает вслушиваться в них, то происходит осознание опасности и следует какое-то действие. Так проявляются «феномен Дерсу Узала», «чутье травника» и др. (см. схему рис.2.2). В случае экстрасенсорного восприятия субъекта, внечувственный анализ заканчивается в его сознании и достигает значительно большей эффективности, давая глубокий, конкретный, субъективно значимый образ с последующей адекватной активностью. На этих двух примерах — чувственного и внечувственного восприятия — можно видеть их общую близость и общий тип собственно механизма восприятия [40, 55, 56, 57], но, вместе с тем, различия рецепторной организации и способа самой рецепции. Образно говоря, внечувственная полевая рецепция обусловлена наличием большого числа (порядка сотен тысяч) связанных между собой управляемых специфических рецепторов [92] , — своеобразных «электромагнитных глаз».

Центральная нервная система при рассмотрении этих двух видов восприятия (чувственного и экстрасенсорного) оказывается общим интегрирующим центром получаемой информации, психически ее окрашивая субъективной значимостью на базе эволюционного ииндивидуального опыта, опережающим образом управляя поведением.